April 17th, 2009

Россия: Государство в свете своей теории - 3

web stats script

Продолжение этих и этих заметок «на полях» лекции В.Волкова.


«Но развитыми государствами была пройдена и другая важнейшая трансформация. Это переход от принудительной эксплуатации к защите прав. Принудительная эксплуатация связана с тем, что основным интересом группы профессиональных военных является извлечение ресурсов из территории, организация удаленной торговли, с целью получения иных необходимых предметов для поддержания господства. Эксплуатация мотивировала необходимость охраны от внешних врагов и разрешения внутренних конфликтов. А производство общественных благ было необходимо лишь настолько, насколько это повышало отдачу от территории и населения. Самый важный вопрос – о том, как и почему некоторые государства переходили от принудительной эксплуатации и реализации собственной выгоды, собственных прав на ресурсы и подданных - к защите прав граждан, становясь при этом подчиненным аппаратом. Это очень сложный вопрос. Одно дело, когда государство рассматривает землю как ресурс и людей как источник дани, как подданных. Другое дело – это граждане, у которых есть неотъемлемые права, а государство подчинено их интересам, интересам охраны и обеспечения этих прав, а не собственным интересам. Если государство – это самая сильная организация, оно способно на компромиссы, на ограниченное представительство, но само не способно на полное изменение своей функции. Переход к тому, что граждане являются суверенами, а государство им служит, является наиболее радикальным переворотом. Из всех исторических трансформаций эту сложнее всего объяснить, но важнее всего нам сейчас понять.»


«... То есть когда существует императивная гарантия: носитель власти жестко ограничен в реализации этой власти, причем не собственными благими намерениями, а извне. Иными словами, эта проблема звучит: «как связать руки королю?» В реальности ни один король сам себе руки не свяжет – по праву сильного. Не надо обольщаться насчет просвещенных правителей. Ни один аппарат насилия, управляемый аристократией или профессиональными военными, никогда не создавал надежных гарантий добровольно. Он мог обещать и даже создавать институты представительства, инкорпорируя земельную аристократию, но это не была система императивных гарантий.»


В принципе хорошо поставленная правильная проблема, о которой я тут на днях подискутировал. Только думаю, что не все так фатально, как то рисует Волков. Не надо забывать, что государство перед демократизацией уже прошло значительную часть пути по бюрократизации с соответствующим отчуждением функций и операций. Т.е. оно представляет собой аппарат, в каждом узле которого сидит чиновник, выполняющий определенную функцию, а верховная аристократия (главные бенефициары) толкется лишь где-то возле самой вершины. Следующий этап развития бюрократизации – уничтожение кормления и коррупции, ибо то, что чиновник присваивает себе помимо жалования, он ворует это у короля и высшей аристократии.


В параллель бюрократизации идет усложнение жизни, что требует привлекать в аппарат достаточно умных людей. Возрастают издержки силовых способов разрешения конфликтов, что стимулирует спрос на способности по делиберации. В конечном итоге силовая часть аристократии оказывается чуть в стороне от центров принятия стратегических решений.


И вот тут случается то самое священодействие, о котором говорит Волков: стратегическая элита вдруг входит в демократический консенсус (либо при гарантии короля, либо отрубая колову королю), и договаривается о том, что смена правительства будет осуществляться простым голосованием основных политических акторов.


Движущий мотив консенсуса ясен, поскольку то, что политические игроки берут на себя гарантии не гробить проигравших, резко снижает риски от политической деятельности как для самого актора, так и для его семьи. Но само формирование подобной социальной нормы есть действительно таинство, ибо искушение победителя нарушить гарантии и обогатиться за счет подставившихся «лохов» достаточно сильно. И тут баланс может быть выравнен только за счет действенной солидарности акторов второго плана, и наличия у них адекватных ресурсов для восстания против тирана.


Вот так и получается, что демократия неотделима от права на восстание, о чем мной уже в принципе говорилось.